ЦИТАТЫ МИХАИЛ МИХАЙЛОВИЧ ПРИШВИНУ человека на свете две радости: Радость и счастье — это дети любви, но сама любовь, как сила, — это терпение и жалость. Доброта — это солнце, которое согревает душу человека. Для иных природа — это дрова, уголь, руда, или дача, или просто пейзаж. Для меня природа — это среда, из которой, как цветы, выросли все наши человеческие таланты. Этот шаг нужно обдумать и разрешить, но этот шаг, не из тех что обдумываются, а из тех на который просто решаются. Как бы ни была груба лесть в ней непременно, по крайней мере, половина кажется правдой. Нет ничего лучше и здоровее, чем хорошие воспоминания, вынесенные из детства! И чем больше таких воспоминаний, тем счастливее человек. Штука в чем: Если ты холоден — ты ранишь людей. Если ты чувствительный — люди ранят тебя. Вранье есть единственная человеческая привилегия перед всеми организмами. Не засоряйте свою память обидами, а то там может просто не остаться места для прекрасных мгновений. Милостыня развращает и подающего и берущего, и сверх того не достигает цели, потому, что только усиливает нищенство. Свобода не в том, что бы не сдерживать себя, а в том, что бы владеть собой. Есть три вещи, которых боится большинство людей: доверять, говорить правду и быть собой. Сострадание есть главнейший и, может быть, единственный закон бытия всего человечества. Ищите любви и копите любовь в сердцах ваших. Любовь столь всесильна, что перерождает и нас самих. Никому не рассказывайте о своих несчастьях: друзей это опечалит, а врагов развеселит. Так бывает: один человек любит, ни о чём не подозревая, а другой испытывает от этой любви удушье. — Она не отдает себе отчета в том, что говорит! И утром перед умывальником вдруг волна глупого счастья — от вида наших зубных щеток в одном стаканчике. Стоят, скрестив ножки, и смотрят друг на друга. Нет в жизни ничего замечательнее, чем когда взрослые люди на деле осуществляют детские авантюры. — Ах, какой вы скучный тип, Николай Иванович, — продолжала Маргарита, — вообще вы все мне так надоели, что я выразить вам этого не могу, и так я счастлива, что с вами расстаюсь! Ну вас к чертовой матери! Если я усну и проснусь через сто лет и меня спросят, что сейчас происходит в России, я отвечу, — ПЬЮТ И ВОРУЮТ. Любовь выскочила перед нами, как из-под земли выскакивает убийца в переулке, и поразила нас сразу обоих! так поражает молния, так поражает финский нож! Чтобы спасти тонущего, недостаточно протянуть руку — надо, чтобы он в ответ подал свою. Сердце начинает стучать так, что я чувствую его в руках, в висках... а потом оно проваливается в бездну. Со стороны глядеть — не так уж она была из себя видная, но ведь я-то не со стороны на нее глядел, а в упор. И не было для меня красивее и желанней ее, не было на свете и не будет! Печальное нам смешно, смешное грустно, а вообще, по правде, мы ко всему довольно равнодушны, кроме самих себя. |
