ЦИТАТЫ ХАРУКИ МУРАКАМИПрофессия изначально должна быть актом любви. И никак не браком по расчету. И пока не поздно, не забывайте о том, что дело всей жизни — это не дело, а жизнь. Когда долго смотришь на море, начинаешь скучать по людям, а когда долго смотришь на людей – по морю. На свете не бывает ошибочных мнений. Бывают мнения, которые не совпадают с нашими, вот и все. В характере человека есть три золотых качества: терпение, чувство меры и умение молчать. Иногда в жизни они помогают больше, чем ум, талант и красота. Хоть разок хотелось любви получить досыта. Чтобы аж хотелось сказать: «Хватит уже, сейчас лопну, спасибо». Хоть разок, хоть один разок. Какой бы ни была истина, невозможно восполнить потерю любимого человека. Никакая истина, никакая искренность, никакая сила, никакая доброта не могут восполнить её. Нам остаётся лишь пережить это горе и чему-нибудь научиться. Но эта наука никак не пригодится, когда настанет черёд следующего горя. Что должно остаться — останется, что уйдет — то уйдет. Время много расставит по своим местам. А чего не рассудит время — то решишь сама. Это естественно, влюбившись в кого-то, отдаваться этому целиком. Я так считаю. Это ведь тоже один из обликов душевности. Мы безмолвно общались в повисшей тишине. … Молчание, связывающее нас, заполняло собой все щели, все пустоты в наших душах. Так легко и приятно критиковать ошибки другого, совершенно незнакомого тебе человека. Жить изо дня в день с ревностью в душе — дело совершенно безрадостное. Больше звонить было некому. Я стоял с телефонной трубкой посреди огромного города, десять миллионов человек слонялись вокруг меня, и совершенно не с кем поговорить. Конечно, в экономике сейчас кризис, но у богачей деньги по-прежнему не переводятся. Как ни странно. Ирония делает человека глубже, масштабнее, открывает ему путь к спасению на более высоком уровне. наша человеческая сущность — то, что делает нас самими собою, — почти не меняется с возрастом Наступит завтра, и мы, в полутысяче километров друг от друга, будем продолжать бесцельную борьбу со скукой, которая у каждого тоже своя. Видимо, сердце прячется в твердой скорлупе, и расколоть ее дано немногим. Может, поэтому у меня толком не получается любить. — … я и в подмётки ей не гожусь. Рост маленький, грудь никакая, рот в пол-лица, волосы торчат… Нужно выплескивать чувства наружу. Хуже, если перестать это делать. Иначе они будут накапливаться и затвердевать внутри. А потом-умирать. И я поняла, что если хочу выжить в этом мире, то должна, пусть ненамного, но стать сильнее. Ей была нужна не моя, а чья-нибудь рука. Ей требовалось не моё, а чьё-нибудь тепло. И я начал чувствовать себя виноватым за то, что я — это я. Я был в восторге: она держала меня за руку! Ее мягкое касание еще много дней согревало мне сердце. И в то же время оно сбило меня с толку, заставило мучаться вопросом: а что я буду делать с этим теперь? В мире вообще не может быть ничего прекраснее фантазий, посещающих головы обезумевших людей. Верь — всё пройдет. Даже если Очень плохо — это когда-нибудь кончится. Ничто на свете не вечно. B мою жизнь входят те, кто хочет, и кто хочет уходит, но есть общие правила для всех гостей: заходя — вытирайте ноги, уходя — закрывайте за собой дверь. Такое чувство, что благодаря тому, что тебя встретил, смог немножко полюбить этот мир. Харуки Мураками Я отношусь к типу людей, которые любят и ценят уединение. Я люблю быть один. Или вернее так: быть одному мне совсем нетрудно. Как говорится, от здоровой уверенности до нездоровой самоуверенности — один шаг. |
